Экономическая разведка в истории развития цивилизации
1. Истоки промышленного шпионажа
Разведывательная деятельность (шпионаж) — явление столь же древнее, как и сама наша цивилизация. Ведь недаром согласно классической иерархии древнейших профессий она занимает второе место, отставая от проституции и опережая журналистику. Если верить библии, Господь Бог приступил к организации разведки уже вскоре после того, как создал небо и землю, а также человека — “по образу и подобию своему”.
Непосредственное руководство разведкой было поручено пророкам, особенно — как рассказывается в библейской Книге Чисел (глава 13) — пророку Моисею.
Я не стану излагать “указания господни” и распоряжения Моисея и подробно описывать первую разведывательную операцию по обозрению Земли, длившуюся 40 дней. Мораль этого эпизода из библии — проста, доброкачественная разведка всегда принесет богатые плоды. Экономическая разведка как неотъемлемый компонент исторического развития производительных сил меняла характер, формы и проявления в соответствии с эволюцией способа производства и уровнем развития науки и техники. В историческом аспекте экономическая разведка едва ли не старше военной и политической.
Классический пример экономической разведки можно найти уже в романтической истории, относящейся примерно к 15 веку до нашей эры. В ней рассказывается о китайской принцессе, отправляющейся к своему возлюбленному за границу в шляпе из живых цветов, где были спрятаны шелковичные черви.
Родиной первых теоретиков разведки считается Китай, там уже в IV веке до нашей эры появился первый фундаментальный труд об этом нелегком ремесле. Это была книга “Искусство войны” блестящего китайского философа Сунь Цзы: “Если просвещенный государь или рассудительный генерал одерживают победу над противниками каждый раз, когда они переходят к действиям, то это достигается благодаря предварительной информации. Так называемая предварительная информация не может быть получена ни от духов, ни от божеств, ни по аналогии с прошлыми событиями, ни путем расчетов. Ее необходимо получить от человека, который знаком с ситуацией противника”.
Сильный толчок развитию экономической разведки дало разделение труда и возникновение торговли и денег, что произошло в период разложения первобытного строя и возникновения рабовладельческой общества.
“Дело мужчин — наживать, дело женщин — сохранять”, — писал Аристотель. Вряд ли римские легионеры читали философа, но поступали они в полном согласии с постулатом великого грека. Через свою разведку Рим получал информацию. Сведения о состоянии любой страны собирались по многим экономическим аспектам, начиная от климата и наличия дорог и кончая плодородием земель, трудолюбием населения и наличием продовольственных запасов. Особой заботой сената было выявление объемов и мест захоронения сокровищ, накопленных царями и правителями намеченных для завоевания земель. И то, что ныне представляется чуть ли не случайным выбором в захватнических войнах, в действительности представляло собой хорошо продуманную стратегию по захвату наиболее богатых стран и территорий.
Рим упивался собственным военным могуществом и знал, что противостоять его железным легионам не в состоянии ни рафинированная организованность эллинов, ни дикая храбрость парфян, ни бессильная ярость местных царьков. Выбор направления удара в первую очередь обусловливался тем, что может принести победа. Это и предопределяло необходимость хорошо поставленной разведывательной деятельности. Именно хорошо поставленная экономическая разведка позволила Риму, как гигантскому спруту, вытягивать из покоренных стран золото, серебро, жемчуг, пурпур и шелк, ценившийся в древнем мире наравне с золотом. 
Так или иначе эмбрион экономической разведки, возникнув в доисторические времена, развился с зарождением торговли и ремесел. Как только те или иные приемы, приспособления, нововведения начинали приносить выгоды их владельцам, они тут же пытались их засекретить. Те же, кто терял на незнании, старались овладеть этими секретами любой ценой.
Зародышем коммерческой разведки, набиравшей силу с развитием ремесел и торговли, был частный шпионаж. Еще на заре цивилизации египетские торговые дома, афинские торговцы и родосские купцы осуществляли сбор тайной информации, наличие которой могло бы способствовать коммерческому успеху. Но такая разведка носила эпизодический характер и осуществлялась самими торговцами или их посредниками. Купцы старались узнать, какой товар, какого качества, в каком количестве привезли на данный рынок конкуренты, по какой цене будут продавать. Разумеется, по возможности они не упускали случая подпортить товар конкурентов, пустить слух об их нечистоплотности, об их мнимых и действительных пороках, оболгать, а также отметить непомерно высокие цены при недопустимом качестве товаров. Позднее все эти приемы получили более наукообразные и благозвучные названия — диффамация, имидж, конъюнктурный анализ, реклама и т.д.
В позднее средневековье наряду с государственной экономической разведкой в торговых городах Средиземноморья зародилась и частная разведка североитальянских торговых компаний. Венеция и Генуя стали центрами экономической разведки, где коммерческие тайны ценились выше, чем политические. Начиная с XI века все богатство и мощь, а значит, и жизненный уровень итальянских городов-государств, все в большей и большей степени зависел от торговли с арабским Востоком и, естественно, от всех случайностей и опасностей, связанных с этим видом деятельности. Все купцы и дипломаты, отправлявшиеся в зарубежные страны, становились агентами разведки Светлейшего (титул правителя Венеции) как по коммерческим, так и по политическим вопросам. Благодаря этому маленькой республике удалось занять ведущие позиции и сохранить их, несмотря на открытие новых океанских путей и появление больших государственных образований и великих держав.
Первая настоящая частная разведслужба была создана флорентийскими купцами-банкирами (эти виды деятельности в то время часто совмещались) в XIV веке. Затем такую разведслужбу создали Фуггеры из Аусбурга, которые в XV и XVI веках входили в число крупнейших промышленников и дельцов. 
Под руководством Якоба Фуггера (1459—1525) функционировала высокоэффективная разведывательная сеть, основой которой служили многочисленные представительства фирм в различных европейских странах. Распространялось даже специальное информационное письмо, содержащее всю последнюю информацию о политических и коммерческих делах. 
 Но банкирский дом Фуггеров — пример того, что большая и эффективная разведка не одно и то же. Испанские Габсбурги, которые были основными должниками Фуггеров, потерпели финансовое банкротство и потянули за собой в финансовую пропасть южногерманских банкиров.
Высокой эффективностью своей разведслужбы прославились Ротшильды. В конце XVIII века пять братьев основали банки в пяти европейских столицах (Лондоне, Париже, Вене, Франкфурте и Неаполе). Во время войны с Наполеоном они навербовали более 200 агентов и предоставили все свои разведданные, а также возможности и способности по межгосударственному переводу капиталов в распоряжение Англии. Все расходы они с лихвой покрыли с помощью ловкой биржевой аферы. Благодаря своим информаторам, Натан Ротшильд первым узнал о поражении Наполеона. Он немедленно приступил к массовой продаже своих акций. Все остальные биржевики сразу же последовали его примеру, так как решили, что сражение проиграли англичане. Когда цены упали до предельно низкого уровня, Ротшильд все скупил!
Англичане первыми расширили деятельность своих секретных служб на область экономики. Главной ставкой в игре послужила текстильная промышленность. Благодаря техническому превосходству, Великобритания обеспечивала себе в области текстиля практически монопольное положение. Однако в конце XVIII века представители южных штатов Америки не пожалели финансовых средств на организацию промышленного шпионажа на английских фабриках в Ланкашире, в результате чего им удалось получить чертежи прядильной машины. Это послужило отправной точкой для создания и развития хлопчатобумажной промышленности в Америке. Благодаря наличию дешевой, в большинстве своем рабской рабочей силы американская хлопчатобумажная промышленность представляла реальную угрозу для Англии. Поэтому последняя решила любой ценой защитить конкурентоспособность своей промышленности. Ей это удалось за счет максимальной эксплуатации пахотных земель и сельскохозяйственных угодий в своих колониальных владениях путем создания огромных хлопковых плантаций в Африке и Вест-Индии. Эту миссию успешно выполнил Генри Уикхем, который уже до этого великолепно себя зарекомендовал, когда нелегально вывез из Бразилии семена гевеи, разрушив тем самым монополию этой страны в области каучука.
 Исподволь люди, интересующиеся делами сородичей, не могли не понять всю выгоду, связанную с наличием информации. Ведь информация и разведка сопутствуют друг другу и сегодня, как и тысячи лет назад.
Агентов разведки никогда не щадили. Нередко их находили с перерезанным горлом, проломленным черепом или удавкой на шее. Во время войн их расстреливали без суда и следствия. Французская революция — гильотинировала, Крупп после “энергичного допроса” замуровывал их в подвалах частной контрразведки, американцы сажали на электрический стул... однако меньше их от этого не становилось.
Однако мне бы не хотелось, чтобы у вас сложилось однобокое представление о роли экономической разведки (шпионажа) в развитии нашего общества. Жизнь диалектична сама по себе, вопрос о запрещении использования разведывательных и контрразведывательных технологий в бизнесе и политике может поставить только очень недалекий человек. 
2. Промышленный шпионаж в современном обществе
Термин экономический, промышленный, коммерческий, научно-технический шпионаж (разведка) означает активные действия, направленные на сбор, хищение, накопление и обработку ценной информации, закрытой для доступа посторонних лиц.
Для сбора разведданных используются самые различные методы. Многие из них не отличаются особой порядочностью, однако все они являются неизменно эффективными:
— закупка товаров конкурента;
— неизменное присутствие на ярмарках, выставках, конференциях и т.п., при этом собирается вся доступная или оставленная по недосмотру документация и информация, фотографируется все, что возможно;
— посещение предприятий;
— финансирование контрактов на выполнение научно-исследовательских работ за рубежом с целью проникновения в некоторые лаборатории;
— отправка на учебу за рубеж студентов и стажеров;
— бесконечные безрезультатные переговоры, в процессе которых постоянно запрашивается дополнительная информация;
— похищение чертежей и технической информации;
— шпионаж и простое воровство.
Повседневная жизнь значительно прозаичнее, чем лихо закрученный сюжет детективных романов. С окончанием “холодной войны” завершилась только политическая конфронтация двух систем. Экономические интересы каждой из сторон остались. А в мире бизнеса нет места жалости и слабости, конкуренция — это стремление уничтожить противника любой ценой, не взирая на средства. Это жестокая борьба, где вопрос ставится однозначно: или ты, или тебя пустят по миру. А поэтому разгораются новые, теперь уже торговые войны: нефтяные, стальные, автомобильные. Причем, не только между трестами и корпорациями, но и между государствами, ревниво оберегающими национальную экономику.
В этом плане очень показателен международный скандал, который произошел в марте 1993 года. Посольство США в Париже получило пакет, где содержался секретный документ, являющийся по сути дела, стратегическим планом торговых войн начала 90-х годов. В нем перед французской разведкой ставились задачи по получению конфиденциальной информации о деятельности американских фирм, банков и брокерских домов. В сферу интересов Главного управления внешней безопасности (DGSE) были включены — маркетинговая стратегия, тактика заключения сделок, планы инвестиций и многое другое.
Клод Сильберзан, директор DGSE, в интервью газете “Le Monde” открыто признал, что “современный шпионаж является главным образом экономическим, научным, техническим и финансовым”, а бывший шеф этой организации Пьер Мариси добавил, что экономический шпионаж в стане друзей является “нормальной деятельностью разведывательного агентства”, когда противостояние государств переходит с военно-политического на экономико-технологический уровень.
Между разведслужбами США, Великобритании, Австралии, Канады и Новой Зеландии существует пакт, имеющий кодовое название “Великобритания — США”. На его основе создана самая крупная в мире система прослушивания и перехвата телефонных разговоров, факсов и электронной почты, способная улавливать до 100 миллионов переговоров в месяц. В 80 процентах случаев результаты этой деятельности используются для промышленного шпионажа. 
Система называется “Эшелон”. Создана она по инициативе Агентства по национальной безопасности США. Станции действуют по всему миру — на американских военных базах в Германии, в Тихом океане и даже Гонконге. На территории Англии расположены перехватывающие и транзитные станции.
Система работает по принципу ключевых слов. По мере необходимости программе, которая называется “Словарь”, задается необходимое ключевое слово, например, “микропроцессор” и все станции начинают ворошить перехваченные телефонные переговоры, факсы и сообщения электронной почты в поисках этого слова. Затем останется только прослушать, кто, кому и по какому поводу говорил это слово. 
Чрезмерное чувство любопытства присуще не только французам и американцам. Большую активность в погоне за чужими экономическими секретами проявляют спецслужбы Германии, Японии, Южной Кореи и других промышленно-развитых стран. Дошло даже до того, что известная фирма IBM, обеспокоенная проникновением японских промышленных шпионов, обратилась за помощью в ФБР. Совместно с ЦРУ, ФБР разработало специальную общенациональную программу для бизнесменов, дающую представление о целях и методах промышленного шпионажа, способах оценки угрозы и методике обеспечения защиты информации, составляющей коммерческую тайну. 
Согласно данным общества промышленной безопасности США, в 1997 году зафиксировано 1100 случаев промышленного шпионажа, жертвами которого стали 1300 американских фирм. За последние 4 года число пострадавших от кражи экономических секретов выросло в 5 раз.
Нынешняя гонка технологий заставляет создавать свои разведывательные подразделения для сбора информации о конкурентах, даже производителей кошачьего корма и туалетной бумаги. Этот спрос породил целую отрасль “информационных брокеров”, специализирующихся на выуживании корпоративных секретов легальными и нелегальными методами. Ее считают самой быстрорастущей на сегодня сферой бизнеса в Соединенных Штатах.
В американских высших учебных заведениях уже более 30 лет ученым, стажерам, аспирантам и студентам преподается более ста развернутых курсов по различным аспектам разведки и контрразведки.
В США расходы на экономическую разведку составляют почти 40% всех спецслужб США. В апреле 1993 года представитель штаб-квартиры ЦРУ Л. Кристчен в интервью журналу “Форчун” заметил, что американская разведка переносит основной акцент своей деятельности из сферы военно-политической в сферу глобального бизнеса. В связи с этим ей требуются новые сотрудники, обладающие опытом работы в мире бизнеса и финансов.
В конце того же 1993 года Б. Клинтон дал указание руководству разведывательного сообщества США об углублении исследований в области экономической разведки. Было выделено три приоритетных направления:
— макроэкономическая разведка — сбор стратегической информации о глобальных процессах в экономиках других государств;
— микроэкономическая разведка — сбор тактической и оперативной информации по той же проблематике;
— экономическая контрразведка — противодействие попыткам иностранных государственных спецслужб и коммерческих фирм добыть американские торгово-экономические и технологические секреты.
Усиление всего разведывательного сообщества, наращивание оперативных возможностей ЦРУ и активизация тайных операций осуществляется для обеспечения американских интересов за счет других стран, и, прежде всего, России. В документе о “перестройке” в ЦРУ говорится: “Ни одна общегосударственная программа США не должна будет оставаться без специалистов по тайным операциям и без учета возможностей разведки в реализации этой программы”.
На рассмотрение американских законодателей вносится предложение о том, чтобы руководитель разведсообщества США — директор ЦРУ — имел полномочия затребовать для выполнения тех или иных заданий любого привлекшего его внимания человека из любого федерального ведомства и учреждения. По существу вся Америка превращается в разведсообщество. И в дальнейшем упор будет делаться главным образом на “человеческий фактор”, то есть на работу с агентами, а не на технические средства. В комитете по разведке прямо говорят о том, что “нам не хватает тех, кто хорошо знает иностранные языки, нам не хватает людей “в поле”.
Директор ЦРУ лично руководит работой по расширению нетрадиционной сети агентуры. В традиционном понимании — это агенты, которые работают под официальным прикрытием, например, посольств или консульств. Выявить таких агентов, по мнению руководителей американских спецслужб, труда не составляет. Поэтому ЦРУ смещает акценты на вербовку бизнесменов и менеджеров среднего уровня, которые затем будут внедряться в многонациональные корпорации с тайного согласия руководителя этих корпораций … Обучать их будут как бы “дистанционным способом”, дабы обеспечить надежность прикрытия.
В университетах США значительно расширился спектр кандидатов на работу в ЦРУ. Представители агентства, занимающиеся подбором новых сотрудников, ныне интересуются более широким кругом специалистов. Например, им нужны люди с дипломами менеджеров, знающие различные языки.
В соответствии с американским “Законом о расчленении России” (PL86-90), установками З. Бжезинского, в России с помощью американских спецслужб и их союзников запущен негласный механизм ее расчленения. Среди важнейших элементов этого механизма — сепаратистские движения и тенденции, которые инициированы иностранными спецслужбами во главе с ЦРУ на Северном Кавказе. Эти движения и тенденции нарастают в Поволжье, в северных национальных республиках и автономных образованиях, на территории которых производится более половины российской нефти, 2/3 природного газа, до 90% алмазов, платины, золота, никеля, меди, олова и ряд других ценных металлов, более 2/5 целлюлозы и бумаги.
По данным Счетной палаты Государственной Думы РФ и оценкам ведущих отечественных и зарубежных экономистов и политологов, в т.ч. и авторитетного в США профессора Гарвардского университета Д. Симонса, Россия к настоящему времени попала в “зону потери национального суверенитета”.
Аналитический центр “Фонда поддержки первого Президента России” констатирует: “Российская государственная политика, находящаяся в плену у внешних обстоятельств, все больше демонстрирует внутреннюю спутанность представлений о прошлом и перспективах будущего страны тех, кто сегодня осуществляет власть … В такой ситуации Россия способна быстро превратиться в абстрактную категорию, столь отдаленную от непосредственного бытия конкретного человека, что, может статься, ее вскоре некому будет отстаивать”. 
Более определенно в адрес осуществляемого в нашей стране курса реформ сказано в утвержденной 1 апреля 1996 г. Указом Президента РФ “Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию” следующее: 
“… выбранная (для России. — авт.) модель развития — либерализм, — ориентированная, по замыслу ее идеологов и исполнителей (“хьюстонская разработка”, использованная Е. Гайдаром, Б. Федоровым и др. — авт.), на быстрейшее создание капиталистического общества, оказалась неэффективной, малоперспективной и в своей основе ошибочной… Ошибочным является слепое механическое копирование западного опыта, а тем более американской модели экономического развития… со всеми вытекающими из этого факта последствиями: дикий передел собственности, ограбление народа, обострение социальных и национальных противоречий, формирование государства с ярко выраженной криминальной характеристикой и так далее.
…Ни одна из (западных. — авт.) стран не заинтересована в появлении в лице России серьезного конкурента, что неизбежно ведет к тому, что России (если она будет продолжать выбранный в 1992 году курс) уготована судьба страны “третьего мира” — источника сырья и дешевой рабочей силы, рынка сбыта товаров, места захоронения ядерных и высокотоксичных отходов.
…Духовная деградация общества, разгул преступности, рост межнациональных противоречий и вызревание на их основе межнациональных конфликтов, — это следствие… не столько экономических просчетов, сколько результат отказа от преемственности и в первую очередь духовного многовекового развития России.
…Время радикал-демократов (Гайдар, Афанасьев, Федоров и др.) прошло”.
По существу, аналитический центр “Фонда поддержки первого Президента России” и преамбула “Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию” констатируют почти дословно реализованные с помощью тайных операций промежуточные цели, которые сформулированы в ранее перечисленных американских доктринах и концепциях, направленных на превращение России в управляемую и контролируемую США территорию.
Соединенные Штаты продолжают с помощью определенных сил внутри России удерживать ее в жестких условиях оказания ей такой экономической “помощи”, в результате которой на вложенные 1—1,5 млрд. долларов из страны вывозится, по некоторым оценкам, около 20 млрд. долларов в год и госсобственность за бесценок передается в руки американских и других зарубежных монополий (вместо 200 млрд. долларов за 500 приватизированных ими промышленных предприятий они уплатили только 7 млрд. долларов). Механизм такой “помощи” в области технологического сотрудничества был разработан еще в 60-е годы для СССР. По словам академика Г.В. Арбатова, такая помощь преследовала только две цели: изучить состояние развития в той или иной области (т.е. заполучить секреты) и навредить противнику.
Сейчас отечественные аналитики и специалисты, реализующие указанную стратегию МВФ, приступили к разработке доктринального документа “О некоторых аспектах формирования нового рынка”. Реформы в России, по их планам, должны закончиться катастрофой, российская экономическая машина должна остановиться. Г. Киссинджер нацеливал на это правительство Гайдара еще в 1992 г. По их же мнению, катастрофа дает шанс начать по новой. По пожарищу растет лучше.
В более мягкой форме это подтвердил известный депутат британского парламента Керн Ливингстон. На пресс-конференции ему был задан вопрос: “Почему же МВФ дает такие рекомендации, которые приводят к упадку экономики?” Он ответил: “Потому, что в интересах западного капитала иметь не сильного, а слабого восточного соседа. В сценариях МВФ Россия, например, рассматривается как поставщик дешевых энергоносителей и дешевой рабочей силы. В других аспектах Россию на западные рынки не пустят”. 
В последнее время в России наряду со своими западными коллегами, все активнее начинают действовать разведки стран “третьего мира”, бывших соцстран и некоторых государств СНГ.
Развитие рыночных отношений, развал системы жесткого контроля над производством специальной техники и ввоз ее в страну по официальным и не официальным каналам, уход из бывшего КГБ, а также ГРУ и МВД высококлассных профессионалов привел к возрождению промышленного шпионажа в России буквально за несколько лет. К многочисленным бывшим сотрудникам спецслужб, действующим осторожно и эффективно, прибавились шпионы-любители, начитавшиеся детективов. Да и мафиозные группировки в последнее время все больше внимания уделяют получению информации. Для этого создаются небольшие организации из доверенных людей, на обучение и экипировку которых не скупятся.
Правда, классическая форма экономического шпионажа — кража технических секретов и производственных планов — пока не получила у нас распространения. Наши промышленные гиганты больше озабочены своим физическим выживанием. Но в связи с этим встает другая задача — сохранение в тайне своего экономического положения, от этого зависит вероятность получения банковских кредитов и котировка акций.
Сегодня по неофициальной оценке специалистов ФСБ, практически каждая крупная отечественная фирма собирает информацию о своих конкурентах, партнерах и контрагентах и одновременно сама является объектом пристального изучения со стороны частных спецслужб. 
В основном защитой своей информации у нас занимаются структуры, действующие в области финансов, операций с ценными бумагами, недвижимостью, торговли и, конечно же, криминальные организации.
Конечно, нет правил без исключений. Причиной для проведения мероприятий по засекречиванию данных может быть не только защита от конкурентов и криминальных структур, но и соображения престижа, ложное представление о своем значении в мире бизнеса или подсознательное влечение к “игре в шпионы”.
3. Заключение
В современную эпоху масштабы экономического шпионажа резко возрастают. Охота за чужими секретами позволяет сэкономить собственные средства на ведение прикладных и фундаментальных исследований, быть в курсе дел конкурента, сосредоточить все внимание на производстве и маркетинге. Дальнейшее развитие научно-технического процесса, увеличение потока патентов и ужесточение конкуренции как “войны всех против всех” делают похищение чужих секретов особенно прибыльным и поэтому притягательным. Врата, ведущие в ад, находятся напротив ворот, что открыты в рай, — уверяет священная книга мусульман. Неизвестно, как на небесах, но на земле конкуренция открывает путь и к изобилию, и к удушению, ибо конкуренция диалектична по своей природе.
Конкуренция — это прогресс. Но она ставит продуцентов в такие жесткие условия, что они вынуждены поступать по принципу “победителей не судят”, или “цель выше средств”, что на практике означает одно и то же. Вопрос ставится однозначно: или ты, или тебя пустят по миру. Третьего не дано. Иначе говоря, система диктует копить секреты и создавать разведывательные структуры, не жалея денег на их кадровое и техническое обеспечение.
Конкуренция и есть борьба во имя победы. Побеждает тот, кто лучше, качественнее и дешевле производит, что выражается в прибыли. Это побуждает соперников неустанно искать новые пути увеличения доходов. Это ведет к прогрессу. Победитель получает всегда больше, чем проигравший. В сущности, это универсальное правило. В экономической конкуренции победа не акт, а процесс. Поэтому в конкурентной борьбе вечных победителей не существует.